Odessa Daily › Большая Одесса ›

Страна бесправия: уникальное дело об убийстве (Окончание)

27 января 2010 в 10:34

А напоследок мне хотелось сказать еще об одном обстоятельстве, которое представляется крайне подозрительным: нигде в этом «деле» нет данных об адресе проживания погибшего Емельянова. Хотя, казалось бы, чего уж проще — выяснить адрес Емельянова, опросить соседей, чтобы узнать, когда его в последний раз видели живым. Вполне возможно, это помогло бы уточнить дату его смерти. Я, конечно, не следователь... но и то додумалась.
Что же помешало лейтенанту Мельниченко оторвать свое рабочее место от стула и совершить естественное следственное действие? Возможно, элементарно поленился? Не всем же Шерлоками Холмсами быть. А что же тогда прокурор Рудницкий — подмахнул не глядя? А судья Цильмак — не сообразил конкретно? Но всё же слишком много непрофессионалов получается на одно уголовное «дело»...
Вы, конечно же, можете усомниться: а имелось ли у спившегося Емельянова какое-нито жилье в принципе? И будете таки да правы. Но там, где даже читатель имеет основания сомневаться, следствие обязано было провести тщательную проверку. А вот почему не провело — интересный вопрос. И если включить примитивную логику, то следствие вели либо дур..., пардон, ограниченные особи, либо в этом был какой-либо умысел. А прокуратура, похоже, этот умысел крышевала. Недаром же в ходе судебного процесса дважды меняли прокурора, и только третий из них, некто Химченко, смог взять на себя ответственность «схимичить» недоказуемое — без единой улики обвинить подсудимого в умышленном убийстве. Вот в который раз уже убеждаюсь: Бог всегда хорошего человека метит. И как правило — в фамилии.

Ну, не буду больше томить незадачливых работников милиции и прокуратуры, открою им этот секрет Полишинеля. Да, была у Емельянова самостоятельная квартира. Как говорится, из источника, внушающего доверие, мне стало известно, что квартира эта располагается по адресу: ул. Ак. Королева, 98, корпус 2, кв.46. Остальное они и сами могут проверить. К примеру, кому она принадлежит сейчас и каким образом попала в собственность новым хозяевам? Возможно, следствие неожиданно для себя сможет найти и мотив убийства. Согласитесь, желание завладеть трехкомнатной квартирой может служить более действенным мотивом, чем примитивное «на почве внезапно возникших неприязненных отношений», указанное в обвинительном заключении и приговоре. Почему же не была проверена и эта версия?
Зато создавая в лице Сергея Дивного образа буйного уголовника-рецидивиста, следствие более чем преуспело. Пакетик «марихуаны» помните? Но это так, цветочки, когда думать лень, а посадить «нужного» человека хочется. Была еще одна история. Гражданку В., у которой Сергей хранил личные вещи, заставили под угрозой расправы написать заявление в милицию, что Дивной забрался к ней в форточку (?!) и без всяких причин жестоко ее избил. Заставили не где-нибудь, а в Малиновском райотделе милиции. А диктовал ей не кто-нибудь, а сам следователь Мельниченко. После чего лейтенант «по-дружески» ее предупредил, что если она изменит показания, то он ее «посадит». Бедная женщина после этого вынуждена была сменить место работы и место жительства. Но через полгода ее нашли и вызвали в суд, чтобы там она под присягой удостоверила «зверскую сущность» подсудимого. Женщина не взяла греха на душу и от показаний отказалась. Чем вызвала неудовольствие судьи Цильмака. Но даже угроза «посадить за дачу ложных показаний» не помогла судье эти самые ложные показания из свидетельницы выбить. Зато этот эпизод был из приговора благополучно изъят.

Довольно незамысловата и история про то, как «слепили» Сергею Дивному статью 115, часть 1 (умышленное убийство). Вначале дело возбудили по факту обнаружения трупа, как и положено в таких случаях. Затем, когда «выбрали» для роли убийцы Сергея, статью изменили на 119, часть 1 (убийство по неосторожности, от трех до пяти лет ограничения или лишения свободы). Но поскольку Сергей не оценил доброту и заботливость следователя и отказался от предложенной роли, то лейтенант Мельниченко «утяжелил» статью до 121, часть 2 (умышленное тяжкое телесное повреждение, от семи до десяти лет). Однако Дивной продолжал упорствовать и полностью отрицал свою вину. Доказать ее лейтенант Мельниченко ничем не сумел, а потому смертельно обиделся и «повесил» на Дивного сколько смог — умышленное убийство (от семи до пятнадцати лет лишения свободы).
Вот так и получилось: лейтенант Мельничено «слепил», прокурор Рудницкий утвердил, а судья Цильмак приговорил... А что нет ни одной улики — так кому оно надо?
«Надо» оказалось только матери Сергея, обыкновенной крестьянке, жительнице Арциза. За два прошедших года куда только не обращалась Ольга Ивановна с подробными многостраничными жалобами: от президента Украины и Верховной Рады судей до всех ей известных депутатских приемных в Одессе, от Генеральной прокуратуры Украины до всевозможных милицейских чинов в Одессе и области.

Впрочем, те, кто уже когда-либо проходил этот путь, прекрасно знают результат. Все жалобы из Киева спускаются на область, оттуда в городские или районные инстанции. Короче, именно к тем, действия которых наши бесправные граждане обжалуют. Естественно, и ответы Ольга Дивная получала соответствующие, типа, всё хорошо, всё путем.
«Службовою перевіркою неправомірних дій з боку працівників міліції не встановлено» – это из Главного Управления МВД Украины в Одесской области за подписью заместителя начальника Управления В. Шуманского.
Или вот: «Також інформую, що прокуратурою Малиновського району за результатами розгляду Ваших попередніх звернень про побиття сина працівниками Малиновського РВ та застосування щодо нього недозволених методів дізнання і досудового слідства 11.04.08 винесена постанова про відмову в порушенні кримінальної справи за відсутністю в їх діях складу злочину» – это из ответа заместителя прокурора области Ю. Олиянчука. Понятное дело, в стране бесправия применение пыток с целью выбить признательные показания и самооговор – не считается преступлением. Тем не менее судья Цильмак обязан был в судебном заседании исследовать отказной материал и дать ему правовую оценку. Этого сделано не было.
Таким образом, по отношению к Сергею Дивному были нарушены, по крайней мере, две статьи Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод: статья 3 «Запрещение пыток» и статья 6 «Право на справедливое судебное разбирательство». И два долгих года человек, обвиненный без единой улики в умышленном убийстве, провел в заключении, без медицинской помощи, в условиях, созданных для того, чтобы ломать волю и лишать здоровья. Именно этим славится украинская пенитенциарная система.

И вот 19 января, после двух лет следствия и судебной волокиты в Апелляционном суде Одесской области была рассмотрена апелляционная жалоба на приговор Приморского районного суда, вынесенный судьей Цильмаком по этому уголовному делу. По просьбе Ольги Ивановны, матери Сергея Дивного, в зале заседаний присутствовали юрист Международного комитета защиты прав человека Хапак Эфтехар, депутат горсовета Вячеслав Маркин, журналисты газет «Odessa Daily» и «Взгляд из Одессы».
Я имела нахальство заявить ходатайство о допуске к участию в заседании суда в качестве общественного защитника — ввиду того, что содержание приговора Приморского суда свидетельствует о нарушении права на справедливое судебное разбирательство (со ссылкой на статью 6 Европейской Конвенции). Естественно, мне было в этом отказано. Но в таком деле уже само внимание уважаемого суда дорогого стоит...
Заседание коллегии судей под председательством судьи Стояновой длилось целый час. Затем около часа коллегия совещалась. В итоге — приговор Приморского суда в отношении Сергея Дивного был отменен, дело возвращено на дополнительное расследование. Адвокат подсудимого просил, ввиду недоказанности преступления и тяжелого состояния здоровья Дивного, изменить меру пресечения на подписку о невыезде. Но в этом суд поосторожничал.
Жаль, конечно, что судьи плохо себе представляют, каково это – сидеть без вины в тюрьме.
Но желать им этого как-то не по-христиански, да еще и в светлый праздник Крещенья...
В настоящее время защиту Сергея Дивного готова взять на себя юридическая служба Международного Комитета защиты прав человека в Одесской области.
Лариса Ильина, зам.главного редактора Odessa Daily